Ядерное сдерживание и нераспространение

Заключение

Первое

Опыт отношений США и СССР/России в области контроля над вооружениями свидетельствует о том, что даже существенные сокращения и ограничение ЯО сами по себе не побудили другие страны к отказу от этого оружия, учитывая реальные мотивы к е го приобретению. Наряду с этим неосла бевающая опора ядерных держав на ЯО как на первостепенное средство обеспечения своей безопасности создает дополнительные стимулы для других стран к приобретению этого оружия, а через них может открыть доступ к нему и меж дународному терроризму.

Иными словами, по мнению авторов настоящего доклада, выполнение обязательств великих держав по ДНЯО в продвижении к ядерном у разоружению само по себе не гарантирует укрепления режима ядерного нераспространения — для этого нужны многие другие меры. Но верно и то, что невыполнение названных обязательств гарантирует дальнейшее распространение ЯО и потребует гораздо больших усилий для его пресечения включая силовые акции.

При этом, поскольку речь идет о тысячах единиц ЯО, не столь важно формальное сокращение количества ядерных вооружений, сколь важны роль ядерного оружия в военной политике великих держав, взгляды на его практическую применимость, планы модернизации их ядерных сил, отношение к договорам по ядерному оружию.

Еще более существен другой аспект этой проблемы. Пересмотр курса великих держав необходим для того, чтобы свести к минимуму существующие между ними, пусть и подспудно, взаимн ые подозрительн ость и не о пр еделен нос ть, которые закреп ляютс я и постоянно воспроизводятся в от ношениях взаимного яде рно го сдерживания, а тем более вследствие разрушения системы до гов оров по ограничению и сокращению воор жений. Это недовери е се рьезно мешает глубокому взаимодействию держав во всех аспектах ядерного нераспространения.

В годы «холодной войны» между СССР и США существовали области о бщих интересов и взаимодействия , в том числе нераспространение ядерного оружия, плодом чего явился ДНЯО. Но тогда истинному и ши-ро кому сотрудничеству мешала конфронтация и глобальное соперничество двух сверхдержав, которые, безус ловн о, преобладали над отдельным и звеньями сотрудничества. Прекраще ние «холодной войны» в принципе устранило главное препятствие для взаимодействия двух стран. Однако растущее политическое и военное неравенство между ними, выход на передний план новых мировых центров силы, региональных п р ет е н дентов на лидерст во и него с ударственных игроков, появление «черного ядерного рынка» (и все это на фоне негативных аспектов глобализации) создали принципиально новые проблемы нераспространения.

Для их решения недо ст аточно уровня взаимоде й ст-вия периода «холодной войны»: как новые угрозы, так и новы е возможн ости настоят ельно требуют каче ст-венно более высокого профиля сотрудничества, сопо-став и м ого с прошлыми союзнически ми отношениями в НАТО или ОВД, а в некоторых сферах даже превосходяще го их (например, совм ес тн ые действия секретных служб, общие системы ПРО, сотрудничество по ИБОР). Однако такие отношения невозможны, пока США и Россия основывают свои военно-страте г и ч е-ские отношения на принципах и материальной базе в з аимн о го ядер ного сдерживания. И не прост о сохраняют, а постоянно воспроизводят и укореняют такие отношения своими конкретными программами воо-р ужени й и курсом в сфере разоруже н и я .

Еще один важнейший аспект проблемы состоит в том, что прорыв в укреплении режима нераспространения невозможен, если неядерные члены ДНЯО и «не присоединившаяся» тройка не примут на себя ряд новых, относительно обременительных политических и экономических обязательств (незамедлительное заключение и ратификация соглашений с МАГАТЭ всеми странами ДНЯО, которые еще не сделали этого, рас-прост ранение системы контр оля и ин спекций МАГА ТЭ на все важные ядерные объекты и материалы, универсализация Дополнительного протокола 1997 г., новый предлагаемый в данном докладе протокол к ДНЯО по полному ядерному циклу, заключение обязательной для выполнения конвенции по экспортному контролю и РКРТ и пр.).

Чтобы обеспечить себе сильные политические позиции в достижени и этой цели, я дерные державы должны принять на себя пакет обязательств и ограничений, связанных с их ядерной политикой и традиционной пр ак ти кой п од держания ядерных комплексов. Внутри ядерных держав есть мощные силы, которые противодействуют таким шагам и предлагают взамен периферийные и частичные меры, не дающие дол жно го эффекта или могущие стать контрпродуктивными (как не которые акции контрраспространения). В итоге — постоянное отставание мер нераспространения от процессов яде рн о го распространения.

Между тем никакими «новым и реальностями» эта линия не обоснована, он а прежде всего проистекает из самонадеянности и практики сило в ого произвола курса нынешнего руководства США, как и из слабости, не-п о сл едо в ательности и крупн ых ошибок российск й политики, а также некоторых факторов линии других я дерных держав. Таким образом, одни м из главных препятствий на пути решения проблем нераспространения нужно считать отсутствие реальных шагов по радикальной трансформации политики ядерного сдерживания официальных членов ядерного клуба, и прежде всего США и России.

В то же время для сохранения такой ситуации нет объективных причин, поскольку в обозримой перспективе полностью отсутствуют предпосылки не толь ко для преднамеренного ядерного нападения, но и вообще для прямой вооруженной агрессии против стран «Ядерной пятерки» и больш инства их союзников. Сложившееся тупиковое положение может сохраняться длительное время, если не предпринять дополнительных усилий для разблокирования негат ивного взаим овлияния я дерного сдерживания и ядерного распространения.

Второе

Понятно, что даже в плане распространения отношение великих держав к региональным союзникам и партнерам не может быть таким же, как к противникам, поскольку в реальной международной политике помимо распространени я присутствуют друг ие важные интересы внешнего и внутреннего порядка. Про блема, од нако, в том, что у вел иких держав разные внешние партнеры и противники, и зачастую партнеры одних — это противники других, к тому же со временем они могут меняться местами.

Частично положение можно исправить ч ерез зат р о-нутую выше глубокую трансформацию военно-политических отношений великих держав. Помимо этого в рамках Совета Безопасности ООН, «Большой восьмерки», Совета Россия — НАТО и на других форумах, а так же через усиление механ измов нераспространения не о бходимо реально, а не декларативно решительно повысить приоритет нераспространения ОМУ и совместной законной борьбы с угрозой катастрофического терроризма. Не отношения с региональными гос у-дарствами должны опре делять подход к их пол и т и ке в сфере нераспространения, а наоборот — их практика в этой области должна диктовать отношения с ними великих держав. Но данный принцип нужно применять II. на основе взаимности, а не избирательно по текущим вкусам оч ередной администрации США ил и руководства другой великой державы. Это сведет до минимума практику двойных стандартов и дефицит единства великих держав, который является главным препятствием к дости жению приоритетных целей между нар одной без опасности.

Третье

Универсализация режима нераспространения через меры «центрального» двух- и многостороннего ядерного разоружения, расширение потенциала и полномочий МАГАТЭ, конкретизация положений ДНЯО, укрепление системы экспортного контроля, регулирование и консолидация поставок ядерных материалов и технологий сами по себе не гарантируют прекращения распространения ЯО и тем более обращения его вспять. Они дорогостоящи и сложны в финансовом, политическом, организационном и техническом отношениях и отнюдь не всегда обеспечивают высокий КПД в решении конкретных проблем нераспространения. В этом плане они подобны широкому неводу, в который не обязательно попадает каждая искомая добыча.

В то же время, по мн ению авторов доклада, п ол н ое переключение на «адресный» подход к проблемным странам еще более сомнителен, потому что такой под ход, как прав ило, субъект ивен и основан на двойных стандартах, он разрушает единство и взаимное доверие великих держав в Совете Безопасности ООН, ст ран — членов ДНЯО , ГЯП и го сударс тв «Бол ь шой восьмерки». Указанная линия ведет к дезинтеграци и режима и системы нераспространения и в конечном счете создает гораз до больше проблем, чем решает, в том числе в части распространения ОМУ и подъема международного терроризма, что наглядно продемонстрировала иракская эпопея.

Авторы настоящего исследования убеждены: как и с соотношение м «вертикального» ядерн ого разоружения и нераспространения, универсализация и укрепление режима и механизмов ДНЯО должны быть фундаментом для «адресного» подхода к проблемам нераспространения применительно к отдельным странам и регионам. Упрочение тако го фундамента есть необходимое, хо тя и недос таточное услови е успеха. При этом исключительную важность имеет легитимность любых «адресных» акций, особенно силовых , единство и взаимодействие великих держав и их региональных партнеров.

I. В качестве мер, трансформирующих динамику вертикального и прежде всего двустороннего ядерного с держивания, предлагается следующее.

1.  Ратификация Соединенными Штатами и Китаем ДВЗЯИ как ключевого звена, соединяющего «вертикальное» и «горизонтальное» ядерное разоружение, что способ ствовало бы пр исоединению к ДВЗЯИ также Индии, Пакистана, Израиля и положило бы предел совершенствованию ядерных вооружений тех государств, которые его уже создали. Тем самым также была бы поставлена серьезная преграда для создания ЯО остальными явными и тайными «пороговыми» странами.

2.  Организ ация кон сультаций по много сторон н ему ядерному диа логу с целью включе ния Великоб ри та-нии, Франции и Китая в систему ограничения СЯС, принятия ряда мер контр оля и до в е рия.

3.  Согласование между СШ А и Россией доп ол н и-тельных процедур и правил засчета боезарядов в процессе выполнения Договора о СНП 2002 г., графика сокращения вооружени й и адапти рованных систем ко н-т р оля и мер доверия. Продление срока действия систем контроля и мер доверия Договора СНВ-1 п о крайней мере до 2012 г., а Договора о СНП по меньшей мере на пять лет после 2012 г. — до 2017 г. (чтобы срок его выполнения не совп адал со сроком де й стви я ).

4.  Под готовка и начало переговоров по Дого в ор у СНП-2, имея в виду сокращен ие стратегических яде р-ных вооружений в период до 2017 г. до уровня примерно 1000 боезарядов.

5. Систематический обмен полными данными о долгосрочных программах СНВ и ТЯО, подтверждающими ориентацию на «глубокий» ответный удар .

6.  Переход к поэтапному прекращению состояния взаимного ядерного сдерживания между Россией и США. На первом этапе — ко н т рол и руемый отказ от концепций ответно-встречных ударов, т. е. от пусков ра кет на основании информаци и от систем предупре-ж дения о ракетном нападе н ии.

7. Последовательное увеличение орган изационн ыми и техническими мерами времени подготовки ракет к пускам, надежно контрол ир уемыми инспекционными группами сторон, с ох ватом на первом этапе как минимум 50% стратегических сил, в том числе путем отстыковки и раздельного хранения боеголовок МБР. Орган изационн о- техническое совмещение и сопряжение систем предупреждения и управления СЯС двух держ ав.

8. Начало консультаций США и России об ограничении и сокращении ТЯО, направленных в том числе на неразмещение их в Центральной и Восточной Европе, последующий полный вывод ТЯО из Европы (в зоне ДОВСЕ), а вне ее — складирование оружия только в централизованных хранилищах под взаимным мониторингом.

9. Сокращение числа стратегичес ких под водн ых ра-кетонос цев с БРПЛ в море на б оевом патрулировании (касается в осн овном США), базирование стратегических бомбардировщиков раздельно от ядерных бомб и КРВБ, ограничение доли мобильных МБР на маршрутах боевого пат рул ир ова н и я .

10. Концептуальное снижение приоритетности опоры на ядерное оружие и ядерное сдерживание в стратегии обеспечения национальной безопасности США, России, Великобритании, Франции и Китая, зафиксированное в основных доктринальных документах и программах. Принятие всеми без исключения ядерными го сударств ами обязательства о неприменении ЯО п ервыми п ротив любого гос ударства — члена ДНЯО.

11. Совместная р азработка стратегии ядерно го сдерживания по отношению к угрозам крупномасштабных столкновений, угрозам применения ОМУ тоталитарными режимами, а также со стороны «падающих» гос ударств, н е сп особ ных прот иводейс т во в ать масштабным подготовкам террористов на своей территории к применению ОМУ.

12.  Корректировка российской программы строительства СЯС с переносом упора на мобильные МБР «Топ оль-М» и устойчив ые системы боевого упр авле-ния ядерными силами при ограничении программы в вода в б оевой со став стр атегических под в одных ракетоносцев с БРПЛ.

13. Отказ США от полномасштабной разработки новых «проникающи х» ядерных ми ни-боезарядо в.

14. Расширение задач и технологии согласования ракетных угроз. «Размораживание» с этой целью Мос-ко вс ко го центра обмен а данны ми о п усках ракет и ракет-носителей и расширение его функций.

15. Заключение пол н ома сш т а б ного договора меж ду Россией и США о сотрудничестве в разработке, развертывании и использовании информационных и огневых систем ПРО, разграничивающего совместные и односторо нни е работы в это й сфере и предос т авл я ю-щ его га рантии, ч то системы ПРО не б удут на правлены друг против дру га .

II. С целью усилен ия противодействия горизонтальному общему распространению ядерного оружия и средств его доставки необходимо следующее.

1. Ратификация всем и членами ДНЯО Дополнительного протокола 1997 г. как обязательное условие любого международного сотрудничества в сфере ядерной энергетики, дальнейшее ужесточение положений Протокола по типу со от ветствующих статей Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсичного оружия и об их уничтожении и ДОВСЕ.

2. Заключение Договора о запрещени и производ ств а расщепляющихся мате ри а лов в военных целя х и поэтапное расширение его охвата с соответствующими механиз мами ко нт р оля дл я ядерных и неядерных ч ленов ДНЯО, подключение к нему «не присоединившейся» тройки (Израиля , Индии, Пакистана). Дополнительно к ДВЗЯИ это было бы еще одним «крепеж ны м » звеном между вертикальным и горизонтальным ядерным разоруже н и ем.

3. Выработка обязательных и проверяемых международных стандартов по учету, физической защите, безопасной транспортировке, хранению и ликвидации излишков оружейных ядерных материалов. Финансовое и техническое содействие этим мерам, а также физической защите хранилищ ядерного оружия, в рамках Глобального партнерства и других соответствующих программ.

4. Поэтапная передача гарантированных поставок, а в посл едую щем и производства ядерно го топлива для АЭС (включая MOX-топливо и топливо для реакторов-бридеров) под международный контроль .

5 . Постановка на международно-правовую базу Инициативы против распространения (ИБОР) в части норм и средст в законного перехвата и инспекции морского, наземного и воздушного транспорта по подозрению в незаконной перевозке ядерных материалов и технологий .

6.  Интеграция ныне действующих групп контроля ядерного экспорта (Комитета Цангера, ГЯП), постановка их деятельности на договорно-правовую основу с новым механизмом принят ия решений (возможно, квалифицированным большинством), системой контроля и санкций за нарушения через МАГАТЭ и Совет Безопасности ООН.

7.  Запрещен ие любых н овых поставок технологий замкнутого ядерного цикла государствам, не уч аству-ющим в ДНЯО. Запрет на поставки в неядерные страны — члены Договора, если они не присоединились к До п олнительному протоколу МАГА ТЭ 1997 г. Новые поставки го сударствам ДНЯО осущест вляются тол ь ко при принятии ими условий возврата или ликвидации полученных мат ер иалов и технологий в случае в ыхода из ДНЯО (в ином случае должен быть предусмотрен порядок доклада МАГАТЭ и принятия санкций на основе априорного мандата Совета Безопасности ООН). Ликвидация таких объектов, если они были созданы в нарушение ДНЯО и гаран тий МАГАТЭ, как усло в и е д а л ь н е й ш е го сот руд ниче ства с чле нами Дог о в о р а . О бес пече ние по ст авок го т о в о го яде р н о го топ лива странам, отказавш имся от полн о го цикла, по самой н и зкой ры ночной ст оимости и п оследующего вывоза о траб о т а нно го ядер ного топлива с о стороны специально созданных для этой цели между н ар одных ко н-сорциумов или под э г идо й МАГАТ Э .

8. Принятие единых мировых норм наказания частных компаний и физических лиц, виновных в незаконных деяни ях, н есущих опасность яде рно го распро-стран ения (как преступлениях против чело в еч н ос ти ), пр иве дение в со ответствие национальных законод а-тельств согласно Резолюции ООН 1540.

9.   Созда ние м еж д у н а р од ных конс орциумо в для уменьшения конкуренции стран-поставщиков и более строго го контр оля над поста вками со стороны МАГАТЭ. В более отдаленном будущем создание в конечном счет е един ой межд у н ар одной орга н иза ции управления ядерной э нергетикой всех стран и межд у-народного сотрудничества в этой области.

10. Разработка совместных программ США, России и других передовых стран по разработке ядерных энергетических реакторов нового поколения с повышенной безопасностью эксплуатации и минимальным содержанием оружейных материалов в отработанном я дерном топливе. Отказ от реакто ров-бридеров.

11.  Ужесточение Р ежима контр оля над раке т н ы м и те хнологиями, особенно в части поставок техн оло г и й дв о й ного назначе ния, оказание совместного давл ен ия великих держав в целях присоединен ия к реж и м у стран, не являющихся его участниками. Превращение РКРТ в межд у н а р одный дог овор с чет кими опреде ле-ниями его объектов и субъектов, мерами проверки и транспарен тн ости, о бяз ательствами го с уд ар ств- у ч а-стни ков скор р ек т и ро в ать соотв етственн о свое внут-рен нее зако н од ательство и создать отвечающие общему стандарту механизмы эк спо ртно го ко н т р ол я .

12. В семерно е расширение межд у н ар одно го со труд-нич ества в коммер ч е с ком и научн ом использ о вани и ко смич ес ко го пространс тва, с оздание мирового косм ического консо рциума на базе потенциалов США, России и Европ ейско го кос м иче ско го агентства для п редост ав ления льготных услуг странам — членам РКРТ со сто роны го с ударств, имеющих свои ко сми ч е-ские носители и орб итальные аппараты .

13. Расширение ш тата и фи нан сирования МАГАТ Э , а также его прав по проведению расследований нарушений ДНЯО с передачей дела в Совет Безопасности ООН для приме нения мер наказания и принужде н ия.

14. Расширение спектра легитимных мер контрр а с-пространения, включающих принудительные инспекции ООН в сопровождении меж ду народных сил р а зл и ч ного масштаба, задачей которых является проверка выполнения всех режимов нераспространения. Распространение принудительных инспекций по от-нош ени ю к предпол а гаемым ба зам под готовки и опорным пунктам меж д ун а р одных тер рористич еских о р ганиз а ци й .

15. Разработка и согласование системы контрраспространения в формате эскалации принудительных коллективных действий по санкции Совета Безопасности ООН, включающих экономические санкции, перехват подозрительных транспортных средств в национальных и нейтральных зонах, частичную или полную блокаду, превентивные высокоточные удары по выявленным местам нахождения ОМУ и средств доставки и промышленной инфраструктуре, связанной с ОМУ, ввод оккупационных войск. Каждый последующий этап может наступать только в случае безуспешных результатов предыдущих. Рамочная резолюция Совета Безопасности ООН может предоставить право на последовательность таких действий «коалиции желающих», но изначальное введение ее в силу в каждом случае требовало бы решения Совета Безопасности ООН, как и переход к прямым силовым действиям с применением оружия. Даже простое обсуждение подобной схемы как легитимной могло бы служить сдерживающим фактором для попыток приобретения ядерного и другого оружия массового уничтожен ия новыми странами и оказания ими поддержки международным террористическим организациям.

III. Региональные меры нераспространения. Э т и меры не являются предметом настоящего доклада, ибо отнесены к отдельным темам исследования и специальным последующим докладам в рамках общего ис-с л е до в ат е л ь с ко го проекта под э г идо й Москов с кого Центра Карнеги «Нераспространение яде рно го о ружия в эпоху глобализации». Тем не менее здесь нельзя не коснуться региональных проблем хотя бы в самых общих чертах. Приведенные выше соображения в части в ер т и ка л ь н ого нераспростран ения теснейшим образом взаимосвязаны с горизонтальным и согласно ос-но в опола гающей концепции авторов являются его неотъемлемым условием и предпосылкой. И точно так же с первыми двумя связаны региональные вопросы нераспространения как частные и наиболее острые проя вл ен ия общего го р и зон та л ь н ого разреза данного феномена современной межд у н а р одной жизн и. Ни же даны лишь общи е контуры «паке т н ого» решения проблем, а их детали, последо вательность и удельный вес суть продукт конкретной политики и дипломатии.

1. Проработка возможности распространения на Израиль двусторонних позитивных гарантий безопасности со стороны США (как с Япон ией) или многос то-ронних обязательств НАТО в обмен на отказ Израиля от ядерно го оружия и его присоединение к ДНЯО. Пр е-доставление Ирану негативных гарантий безопасности со стороны США и других ядерных держав, восстановление дипло м атических отно шений с США в обмен на б е з ус ловное соблю де ние Ираном Допол н и т е л ь н о го п ро токола 1997 г. Ликвидация пр едприятий по обогащению урана и производству тяжелой воды, продолжение п роекта строительства АЭС в Бушере и гар а н тии поставо к ядер н ого топлива извне и вывоза ОЯТ в овне. Принятие Ирана в ВТО и капитало вложен ия ЕС в иранскую га з о добывающ ую промышленность.

При этом все страны региона должны стать участниками Протокола 1997 г., ДВЗЯИ и ДЗПРМ, РКРТ, всех норм и механизмов экспорт н о -импор тного контр оля.

2. Косвенная легитимация ядерного статуса Индии и Пакистана в обмен на меры ограничения их ядерных программ и предотвращения ядерного конфликта с перспективой присоединения к ДВЗЯИ и ДЗПРМ, к Дополнительному протоколу 1997 (по невоенным ядерным объектам), к РКРТ и всем режимам экспортного контроля ядерных и двойного назначения материалов и технологий. Заключение соглашения об ограничении их ядерных вооружений на нынешнем уровне, принятие обязательств о неприменении ЯО первыми, а также регламентация и уведомление об испытаниях ракет.

Привлечение прежде всего Индии и Пакистана к работе российско- а м е рик анс ко го Центра обмена данными о пусках ракет и ракет-носителей. Передача им технологии системы предотвращения несанкционированных пусков ра ке т .

3. Предоставление в рамках шестисторонних переговоров негативных гарантий безопасности со стороны всех великих держав обоим корейским государствам, возобновление проекта КЕДО с участием Российской Федерации и КНР, экономическая (в том числе топливная) помощь КНДР и ее вовлечение в между нар од ны е экономические проекты. Запуски корейских спутников гражд анского назначения носителями великих держав.

За это КНД Р должна вернуться в Д НЯО и безого во-рочно присоединиться к Протоколу 1997 г., а также присоедини ться к Д ВЗЯИ, РКРТ, ДЗПРМ , всем реж имам экспортного контроля. КНДР т акже должна согласиться на контролируемую ликвидацию всех элементов военной ядерной программы, демонтаж ее ядерных объектов помимо АЭС по проекту КЕДО (прежде вс его предприятий по обогащению урана и выделению плутония из ОЯТ), ликвидацию оружейных ядерных материалов и боеприпасов, если таковые уже собр аны. Ра кетная программа КНДР должна ограничи ться рамками РКРТ для стран-импортеров, остальные элементы программы должны ликвидиров аться под международным контролем с использованием опыта Договора РСМД.

Предлагаемые меры трансформации принципов п о-литики и стратегии с опорой на ядерное сдерж и в ани е и по повышению эффективности ядер н ого нерасп ро-странения могут выглядеть чрезмерно радикальными. О дна ко я дерное сде рживани е и распространен ие стали на столько глубоко интегрированными элементами современных междунар одных отнош ен ий, чт о толь ко фундамен тально изменив эти отношения, можно до с-тичь ощутимого прогресса в противодействии новым глобальным угрозам.

Эти меры не только не ослабили бы безопасность «легитимных» ядерных государств, но повлекли бы трансформацию отношений сдерживания в новый тип с трат егичес ко го взаимодействия, присущий зрелому партнерству и союзничеству нового типа в целях совместных политических и военных действий, секретных операций против распространения ОМУ, терроризма, экстремизма, локальной нестаби льности и конфликтов. Они воссоздали и укрепили бы центральный договорно-правовой стержень, вокруг которого строятся ДНЯО и вся политика и механизмы ядерного нераспространения.

Кроме ко н се р в атизма и заблуждений политических и военных руководителей, а также неспособности поли тич еских ли деров утвердить свой контроль над военным командованием и лоббистами оборонной и атомной промышленности соответствующих стран нет никаких объективных интересов безопасности великих держав, реальных стратегических или военно-технических обстоятельств, которые препятствовали бы осуществлению предлагаемых шагов. В этом заключается позиция экспертов по международно-политической, правовой, военно-политической и военно-технической, а также разоруженческой тематике, вошедших в коллектив авторов и рецензентов насто-яще го исследования.

источник: www.carnegie.ru/ru/pubs/