Ядерное сдерживание и нераспространение

Резюме

В итоге окончания «холодной войны» в течение 90-х годов дело нераспространения ядерного оружия (ЯО) достигло немалых успехов. Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) стал самым универсальным международным договором, его членами являются теперь 189 государств ООН и только 4 стоят за его пределами (Израиль, Индия, Пакистан и КНДР, которая вышла из Договора в 2003 г.).

Тем не менее в нынешнем десятилетии перспективы нераспространения внушают мировой общественности и политикам многих стран растущую тревогу. Среди целого ряда причин этого тревожного положения объектом настоящего доклада является то, что обычно лежит на периферии общественного внимания: политика ядерных держав — членов ДНЯО. Речь идет как об их курсе в области ядерного оружия, их отношениях в этой сфере между собой, так и об их линии в вопросах нераспространения применительно к странам вне «Большой пятерки» и вопросам ядерного экспорта.

Сокращая огромные «излишки» ЯО, оставшиеся в наследство от «холодной войны», державы продолжают развивать свои ядерные вооружения с видом на всю обозримую перспективу, закрепляют стратегию ядерного сдерживания и тем самым по существу проводят линию, противоречащую духу ДНЯО (ст. VI), обязывающего ядерные державы идти путем ядерного разоружения — в обмен на отказ других стран от ЯО.

Если учесть это обстоятельство, а также огромную военную мощь, научно-технический и экономический потенциал, политическое влияние пятерки ядерных держав, то перспективы нераспространения ЯО в решающей мере зависят от них. Поэтому, как представляется авторам настоящего исследования, проблемы, ошибки и недостатки политики этих держав можно с полным основанием отнести к главной, хотя, разумеется, далеко не единственной причине всеобщей обеспокоенности по поводу перспектив ядерного нераспространения.

Как бы ни обстояли дела в прошлом, в докладе делается вывод, что в будущем ядерное сдерживание не сможет обеспечить безопасность ведущих держав ни как единственное, ни даже как одно из главных средств ее поддержания. С окончанием «холодной войны» возник еще один парадокс ядерного сдерживания: оно осталось наиболее эффективным против тех, кого в военно-политическом смысле отпала нужда сдерживать, и наименее эффективным в отношении тех, кого необходимо сдерживать в возрастающей степени.

При этом, безусловно, преждевременно ставить вопрос о полном упразднении сдерживания, как и о полном ядерном разоружении. Но в то же время авторы исследования убеждены, что отношение к ядерному сдерживанию как к «священной корове» тоже совершенно неоправданно. Оно никогда не было идеальным средством обеспечения безопасности, что следует из представленного ниже анализа, а в будущем станет все менее способно выполнить свою задачу. Хуже того, увековечивание сдерживания в качестве основы военно-стратегических отношений великих держав может превратиться в серьезнейшее препятствие для решения новых проблем безопасности, прежде всего связанных с распространением ядерного оружия, в том числе в руки «стран-изгоев», «несостоявшихся государств» и международных террористических организаций.

С огласно выводам настоящей работы выполнение обязательств великих держав по ДНЯО в продвижении к ядерному разоружению, точнее, к трансформации ядерного сдерживания, само по себе не гарантирует укрепления режима ядерного нераспространения. Для этого нужны многие другие меры. Но верно и другое — невыполнение названных обязательств гарантирует дальнейшее распространение ЯО и потребует гораздо больших усилий для его пресечения включая силовые акции.

Еще один важнейший аспект проблемы состоит в том, что прорыв в укреплении режима нераспространения невозможен, если неядерные члены ДНЯО и «неприсоединившаяся» тройка не примут на себя ряд новых, относительно обременительных политических и экономических обязательств: незамедлительное заключение и ратификация соглашений с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) всеми странами ДНЯО, которые еще не сделали этого, распространение системы контроля и инспекций МАГАТЭ на все важные ядерные объекты и материалы, универсализация Дополнительного протокола 1997 г., новый предлагаемый в данном докладе протокол к ДНЯО по полному ядерному циклу, заключение обязательной для выполнения конвенции по экспортному контролю, Режима контроля над ракетными технологиями (РКРТ) и пр.

Чтобы обеспечить себе сильные политические позиции в достижении перечисленных целей, великие державы должны принять на себя пакет обязательств и ограничений, связанных с их ядерной политикой и традиционной практикой поддержания ядерных комплексов.

Авторы настоящего исследования убеждены: универсализация и укрепление режима и механизмов ДНЯО должны быть фундаментом для «адресного» подхода к проблемам нераспространения применительно к отдельным странам и регионам. Только избирательный подход к «подозреваемым» странам не может заменить этот фундамент и грозит даже разрушить его и ухудшить ситуацию в целом. Упрочение такого фундамента есть необходимое, хотя и недостаточное условие успеха. При этом исключительную важность имеет легитимность любых «адресных» акций, особенно силовых, единство и взаимодействие великих держав и их региональных партнеров.

Из длинного списка конкретных политических и военных рекомендаций доклада следует выделить в качестве ключевых следующие меры:

•  Ратификация Соединенными Штатами и Китаем Договора по всеобъемлющему запрещению ядерных испытаний (ДВЗЯИ) как ключевого звена, соединяющ его «вертикальное» и «горизонтальное» ядерное разоружение, что способствовало бы присоединению к ДВЗЯИ также Индии, Пакистана, Израиля и полож ило бы предел совершенствованию ядерных вооружений тех государств, которые его уже создали. Тем самым так же была бы поставлена серьезная преграда для создания ЯО остальными явными и тайными «пороговыми» странами.

•  Согласование между США и Россией дополнительных процедур и правил засчета боезарядов в процессе выполнения Договора о стратегическом наступательном потенциале (СНП) 2002 г., графика сокращения вооружений и адаптированных систем контроля и мер доверия. Продление срока действия систем контроля и мер доверия Договора СНВ-1 по крайней мере до 2012 г. Подготовка и начало переговоров по Договору СНП-2 с целью сокращения стратегических ядерных вооружений в период до 2017 г. до уровня примерно 1000 боезарядов.

•  Переход к поэтапному прекращению состояния в з аимн о го яде рн о го сдерживания между Россией и США. На первом этапе — контролируемый отказ от концепций ответно-встречных ударов, т.е. от пусков ракет на основании информации от систем предупреждения о ракетном нападении.

•  Последовательное увеличение времени подготовки ракет к пускам организационными и техническими мерами, надежно контролируемыми инспекционными группами сторон, с охватом на первом этапе как минимум 50% стратегических сил, в том числе (но не исключительно) путем отстыковки и раздельного хранения боезарядов от носителей СЯС.

•  Концептуальное снижение приоритетности опоры на ядерное оружие и ядерное сдерживание в стратегии обеспечения национальной безопасности США, России, Великобритании, Франции и Китая, зафиксированное в основных доктринальных документах и программах. Принятие всеми без исключения ядерными государствами обязательства о неприменении ЯО первыми против любого государства — члена ДНЯО.

•  Расширение задач и технологии совместного реагирования на ракетные угрозы. «Размораживание» с этой целью Московского центра обмена данными о пусках ракет и ракет-носителей и расширение его функций.

•  Заключение полномасштабного договора между Россией и США о сотрудничестве в разработке, развертывании и использовании информационных и огневых систем противоракетной обороны (ПРО), разграничивающего совместные и односторонние работы в этой сфере и предоставляющего гарантии, что системы ПРО не будут направлены друг против друга.

•  Ратификация всеми членами ДНЯО Дополнительного протокола МАГАТЭ 1997 г. как обязательное условие любого международного сотрудничества в сфере ядерной энергетики.

•  Заключение Договора о запрещении производства ра сщ еп л яю щ его материала для военных целей (ДЗПРМ) и поэтапное расширение его охвата с соответствующими механизмами контроля для ядерных и неядерных членов ДНЯО, подключение к нему «неприсоединившейся» тройки (Израиль, Индия, Пакистан). Дополнительно к ДВЗЯИ это было бы еще одним «крепежным звеном» между вертикальным и горизонтальным ядерным разоружением.

•  Интеграция ныне действующих групп контроля ядерного экспорта (Комитета Цангера, Группы ядерных поставщиков), постановка их деятельности на договорно-правовую основу с новым механизмом принятия решений (возможно, квалифицированным большинством), системой контроля и санкций за нарушение через МАГАТЭ и Совета Безопасности ООН.

•  Запрещение любых новых поставок ядерных технологий и материалов государствам, не участвующим в ДНЯО и не принявшим всеобъемлющие гарантии МАГАТЭ. Запрет на поставки технологий полного ядерного цикла в неядерные страны — члены Договора, если они не присоединились к всеобъемлющим гарантиям и Дополнительному протоколу 1997 г. Новые поставки го с ударствам ДНЯО осуществляются только при принятии ими условий возврата или ликвидации полученных материалов и технологий в случае выхода из ДНЯО (в ином случае должен быть предусмотрен порядок доклада МАГАТЭ и принятия санкций на основе априорного мандата Совета Безопасности ООН).

•  Обеспечение поставок готового ядерного топлива странам, отказавшимся от полного цикла, по самой низкой рыночной стоимости и последующего вывоза отработанного ядерного топлива со стороны специально созданных для этой цели международных консорциумов под эгидой МАГАТЭ.

•  Ужесточение РКРТ, особенно в части поставок технологий двойного назначения, оказание совместного давления великих держав в целях присоединения к режиму стран, не являющихся его участниками. Превращение РКРТ в международный договор с четкими определениями его объектов и субъектов, мерами проверки и транспарентности, обязательствами государств-участников скорректировать соответственно свое внутреннее законодательство и создать отвечающие общему стандарту механизмы экспортного контроля.

Расширение штата и финансирования МАГАТЭ, а также его прав по проведению расследований наруше-ний ДНЯО с передачей дела в Совета Безопасности ООН для применения мер наказания и принуждения.

• Региональные меры нераспространения не являются предметом настоящего доклада, ибо отнесены к отдельным темам исследования и специальным последующим докладам. В выводах представлены самые общие принципиальные рекомендации по региональным вопросам, которые предусматривают пакетное решение проблем ядерного распространения в Южной Азии, на Ближнем и Дальнем Востоке.

источник: www.carnegie.ru/ru/pubs/